Поэзия а.В. Кольцова и ее место в истории русской литературы.

Выходец из купеческой среды, не получивший сколько-нибудь серьезного образования, поэт- самоучка, он мог разделить участь забытых уже при жизни поэ- тов, выходцев из народной среды. Этого не произошло по одной простой причине: голос Кольцова-поэта стал голосом крестьянских масс, голосом земледельца. Именно Кольцов сумел передать в своей поэзии мироощущение и интонации того слоя русского общественного сознания, русской жизни вообще, который после Отечественной войны 1812 г. был объектом пристального внимания литерату- ры. уже в заглавиях этих стихотворений обозначился мир кольцов- ской поэзии и ее герои. Но важнее было другое: этот мир был озвучен голосами тех, кто был неразрывно связан с простыми материями жизни и прежде всего с национальной почвой в из- начальном смысле этого понятия. «Власть земли» нашла свое поэтическое выражение. Мать-земля сырая — этот фольклор- ный, мифологический, песенно-былинный образ получил со- временную прописку в песнях и размышлениях пахаря, посе- лянина, косаря, жницы. Эти герои безымянны. Только в двух «Песнях Лихача Кудрявича», кажется, герой обретает имя, но лихой, кудрявый молодец — обобщенный образ судьбы кре- стьянина от молодости до старости, от веселых песен до песен горьких. Это опыт воссоздания жизненной философии челове- ка из народа. Кольцов не стремится к индивидуализации своих героев. Он воссоздает образ коллективного героя и особенно- сти его сознания. сердце и ум, чувства и размышления самого поэта и его героев — в центре лирической рефлексии Кольцова. Жанр песни актуализировался в романтической поэзии 1810— 1820-х годов. Установка на изображение внутренней жизни чело- века, процесс «распространения» его души и решение проблем мелодики лирического стиха. Кольцов в своих «русских песнях» говорит от лица своих героев — представителей народной среды. Именно поэтому его «ролевая» лирика не стилизация под фольклор, а сам фоль- клор, ставший песенной поэзией. Вся лирическая атмосфера его «русских песен» соткана из бытовых и природных реалий кре- стьянского бытия. Именно они формируют своеобразный кос- мос народной жизни. Думы Кольцова — продолжение «русских песен». Сам этот жанр, имевший свою историю и в русской поэзии (вспомним «Думы» Рылеева»), и в славянском фолькоре (достаточно на- звать украинские «думки»), у Кольцова приобретает онто- логический смысл. Разумеется, многие «думы», в том числе и классическая дума «Лес» — отражение мыслительной деятель- ности самого поэта, его мучительных духовных поисков. Но в них — жизненная философия земледельца, мир его мыслей. И не случайно думы превращаются в «Раздумье селянина», в «Раз- мышления поселянина». Более того, думы поэта и раздумья, раз- мышления его героев столь неразрывно связаны, что обретают аллегорико-символический смысл. сопрягают мысли поэта и его героев — вольных землепашцев И «Песня пахаря», и «Урожай» — характерный образец коль- цовской натурфилософии. «У Кольцова нет пейзажей. У него сразу вся земля, весь мир. у Кольцова предстает не этот ландшафт, тем более не просто сельский вид, а глобальная жизнь всего колоссального земного организма...» Столь любимые Кольцовым многоприставоч- ные глаголы, характеризующие контакт косаря со степью: «по- раскинулась», «понадвинулась», многочисленные глаголы пове- лительного наклонения, воссоздающие поэзию труда и энергию освобождения от тяжких дум. Его природный космос естественен как сама жизнь землепашца. И солнце, и звезды, и ночь, и утро, и сы- рая земля, и пашня, и степь входят на него на правах жизненной субстанции. Характерно, что у Кольцова нет ни одного «зимне- го» стихотворения, так как земледельческий цикл исключает это время года из своего протекания. Кольцовская поэзия не просто дополняла картину развития русской словесной культуры 1830-х годов, внося в нее краски демократизма и мелодии крестьянской жизни. В ней — пролог к открытиям Некрасова и Есенина, к феномену деревенской прозы 1960-х годов. Кольцовские новации в области русского стихосложения, его пятисложники, дактилические окончания, полурифмы или их отсутствие, нетрадиционные размеры, со- вмещающие в себе свойства народного и литературного стиха — всё это требует особого разговора и до сих пор объект споров современных стиховедов246. Русская поэзия 1830-х годов — необходимое звено в общем процессе перехода от лирики пушкинской эпохи к поэзии Лер- монтова.

 
Оригинал текста доступен для загрузки на странице содержания
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >